Письмо 15

От виконта де Вальмона к маркизе де Мертей

С вашей стороны очень благородно не оставлять меня на произвол моей

печальной судьбы. Жизнь, которую я здесь веду, действительно может утомить

избытком покоя и пресной однообразностью. Читая ваше письмо, это подробное

описание вашего прелестного дня, я раз двадцать намеревался под предлогом

какого-нибудь дела примчаться к вашим ногам и умолять вас изменить со мной

вашему кавалеру, не заслуживающему, в сущности, своего счастья. Знаете ли

вы, что заставили меня ревновать к нему? Зачем вы заговорили о вечном

разрыве? Я отрекаюсь от этой клятвы, произнесенной в бреду: мы оказались бы

недостойными ее, если бы вынуждены были ее сдержать. Ах, когда бы я Письмо 15 мог

когда-нибудь отомстить в ваших объятиях за невольную досаду, вызванную во

мне счастьем, которое испытал кавалер! Признаюсь, негодование охватывает

меня, когда я думаю о том, что этот человек, ни о чем не размышляя и ничем

не утруждая себя, а только глупейшим образом следуя бессознательному

побуждению своего сердца, находит блаженство, для меня недосягаемое! О, я

его нарушу! Обещайте мне, что я его нарушу. Да вы-то разве не испытываете

унижения? Вы пытаетесь обмануть его, а между тем он счастливее вас. Вы

думаете, что он ваш пленник, а ведь это вы у него в плену. Он мирно спит, а

в это время вы бодрствуете, заботясь о его наслаждениях. И раба Письмо 15 его не

сделала бы больше!

Послушайте, прекрасный друг мой, пока вы делите себя между многими, я

ни в малейшей степени не ревную: ваши любовники для меня - лишь наследники

Александра Великого, неспособные сохранить сообща то царство, где властвовал

я один. Но чтобы вы отдавали себя всецело одному из них, чтобы существовал

другой столь же счастливый, как я, - этого я не потерплю! И не надейтесь,

что я стану терпеть. Или примите меня снова, или хотя бы возьмите второго

любовника и ради причуды иметь одного возлюбленного не изменяйте нерушимой

дружбе, в которой мы поклялись друг другу.

У меня и без того достаточно причин жаловаться на любовь. Как видите, я

соглашаюсь Письмо 15 с вашим мнением и признаю свою вину. И правда, если не иметь сил

жить, не обладая тем, чего желаешь, если жертвовать ради любви своим

временем, своими наслаждениями, своей жизнью - если это и есть быть

влюбленным, - тогда я подлинно влюблен. Но это не приближает меня к моей

цели. Мне бы совсем нечего было сообщить вам на этот счет, если бы не одно

происшествие, заставившее меня весьма задуматься; и пока еще неясно, должно

ли оно вызвать во мне опасение или зародить надежды.

Вы знаете моего егеря: это сокровище по части интриг, настоящий слуга

из комедии. Вы понимаете, что ему назначено ухаживать за горничной и

спаивать прочих слуг. Бездельник счастливее меня; он Письмо 15 уже добился успеха. Он

только что открыл, что госпожа де Турвель поручила одному из своих людей

собирать сведения о моем поведении и даже следить за каждым моим шагом во

время утренних прогулок, насколько это можно будет делать, оставаясь

незамеченным. Чего нужно этой женщине? Итак, даже величайшая скромница



решается на такие вещи, которые мы с вами едва ли бы решились позволить

себе! Клянусь... Но прежде чем помышлять о мести за эту женскую хитрость,

позаботимся о способах обратить ее нам на пользу. До сих пор эти вызвавшие

подозрения прогулки не имели никакой цели; теперь надо будет ее найти. Это

требует всего моего внимания, и я покидаю вас, чтобы хорошенько

поразмыслить Письмо 15. Прощайте, мой прелестный друг.

По-прежнему из замка ***, 15 августа 17...


documentairlrwb.html
documentairlzgj.html
documentairmgqr.html
documentairmoaz.html
documentairmvlh.html
Документ Письмо 15